Н.Ф. Левин. Прославление Александра Невского в дореволюционном Пскове

В переводе с греческого языка имя Алек­сандр означает «защитник людей». Великий князь Владимирский и князь Новгородский Александр Ярославич полностью оправдал своё имя, «много потрудившись за землю Рус­скую, за Новгород и за Псков, за всё великое княжение отдавая живот свой и за православную веру».

Н. Ф. Левин

В переводе с греческого языка имя Алек­сандр означает «защитник людей». Великий князь Владимирский и князь Новгородский Александр Ярославич полностью оправдал своё имя, «много потрудившись за землю Рус­скую, за Новгород и за Псков, за всё великое княжение отдавая живот свой и за православную веру».

Эти слова летописца подчёркивают, как много сделал, в частности для Пскова, замеча­тельный полководец древней Руси Александр Невский. Тогда Псковская земля нуждалась в защите. Псков и Изборск захватили крестоносцы. Новгородцы понимали, что опасность нависла и над ними, призвали на помощь молодого князя Александра, уже прославившегося победой над шведами в битве на Неве. На исходе зимы 1242 года войска Александра Невского «изгоном» (внезапным ударом) выбили немецких рыцарей из Пскова. Сражение, получившее в истории назва­ние «Ледовое побоище», завершилось разгро­мом врага на льду Чудского озера.

Что сказал Александр Невский?

В память этой победы на высокой южной стене псковского Кремля, называвшейся в древности «Персями» (грудью города), не­сколько десятилетий висит аллегорическое кованое сооружение, созданное псковским ре­ставратором Всеволодом Петровичем Смирновым. На огромном прямоугольном щите изображена псковская крепость и вычекане­ны слова: «Кто с мечом к нам придёт, от меча и погибнет». Эти слова восхо­дят к библейскому тексту Евангелия от Мат­фея. Однако большинство наших современни­ков убеждены, что, вернувшись после битвы в освобождённый Псков, Александр Невский сказал отпускаемым пленникам:

«Идите и скажите всем в чужих краях, что Русь жива. Пусть без страха жалуют к нам в гости. Но если кто с мечом к нам вой­дёт, от меча и погибнет. На том стоит и стоять будет Русская земля!»

Конечно, слова замечательные. Они пре­красно отражают патриотические настрое­ния россиян. Но произнёс их не Александр Невский, а известней советский артист Ни­колай Черкасов, и не 750 с лишним лет тому назад в Пскове, а лишь перед Великой Отечественной войной на фоне декораций древ­него Пскова в кинофильме «Александр Невский», снятом по сценарию Сергея Эйзен­штейна и Петра Павловского. Хранящаяся в Синодальном собрании рукописей лето­пись, названная учёными Псковской Второй, сообщает, что Александр Невский обратил­ся не к пленным, а к псковичам:

«Влето 6750 (1242)... Итако клятвою извеща псковичем, глаголя: аще кто и напоследи моих племенник прибежить кто в печали или так приедет к вамъ пожити, а не приимете, ни почъстете его акы князя, то буде­те окаанни...»

Н. М. Карамзин в «Истории государства Российского» перевёл этот древнерусский текст на современный язык не дословно, но по смыслу достаточно точно и деликатно: «О псковитяне! Если забудете Александра, если самые отдалённые потомки мои не найдут у вас верного пристанища в злополучии: то вы будете примером неблагодарности».

Эти слова Александра Невского звучат как прощальные. Однако совсем покинуть псков­скую землю ему не пришлось. Тогда юго-за­падный край новгородско-псковской земли часто подвергался грабительским набегам дру­жин отдельных литовских князей. Тем же ле­том Александр Невский выступил против них и разбил один за другим семь литовских отря­дов. Летописец отметил: теперь и литовцы «начата блюстися имени его».

Однако в 1245 году литовские князья объ­единились и крупными силами дошли до Торж­ка и Бежецка. Князь Ярослав Владимирович, изменивший в 1240 году псковичам и прощён­ный Александром Невским, с большими поте­рями оттеснил их, но литовцы укрылись в Торопце. Невскому с новгородцами пришлось по­спешить на помощь. Этот город, ставший по­зднее в Псковской губернии уездным, был па­мятен Александру: здесь в 1239 году он венчал­ся с Александрой Брячиславной, дочерью по­лоцкого князя. Теперь Невский взял Торопец приступом.

С отбитыми пленными и добычей основ­ные силы новгородцев вернулись домой, а князь с дружиной нагнал и уничтожил врагов у Жижицкого озера. На обратном пути он об­ратил в бегство другой крупный отряд литов­цев, встреченный у местечка Усвяты. На несколько лет их набеги прекратились.

По заветам Александра Невского

Выполняя наказ Александра Невского, псковичи не раз призывали и принимали его потомков и родственников.

В 1252 году его брата Андрея Ярославича татары разгромили в бою под Переяславлем, и некоторое время он скрывался в Пскове, а затем бежал в Швецию. Через год их младше­го брата Ярослава псковичи пригласили на княжение.

Второй сын Александра Невского Ва­силий тогда княжил в Новгороде. Узнав о возобновившихся набегах литовцев, он нагнал и разгромил их под Торопцом. В это время немцы впервые после Ледового побоища на­пали на Псков. Горожане заперлись в крепости, а затем вместе с подоспевшим во главе новгородцев Василием Александровичем об­ратили врагов в бегство. В 1257 году князь Ва­силий поддержал попытку новгородцев воспротивиться сбору ордынской дани. Отец осудил безрассудное выступление, и Василий бежал в Псков. Александр Невский утихоми­рил Великий Новгород, забрал Василия из Пскова, лишил новгородского стола и отпра­вил в Суздаль.

Тесные отношения связывали псковичей с другим сыном Невского - Дмитрием. Ещё мальчиком отец посадил его на новгородское княжение вместо Василия. В 1262 году новго­родцы, псковичи и полочане во главе с Ярос­лавом Ярославичем, Дмитрием Александро­вичем и полоцким князем Товтивилом присту­пом взяли три стены Юрьева (Дерпта) и вер­нулись с богатой добычей. Еще более круп­ный поход русские князья, в том числе Дмит­рий Александрович с новгородцами и Довмонт с псковичами, совершили в феврале 1268 года, разгромив рыцарей под Раковором. По­зднее Довмонт-Тимофей женился на дочери Дмитрия Александровича Марии, внучке Александра Невского.

Великокняжеский стол во Владимире Дмитрий Александрович занимал с 1276 года 18 лет, но дважды ему пришлось бежать от та­тарских войск.

Его младший брат Андрей вопреки древним обычаям о переходе княжеской власти по старшинству выпросил у монгольского хана ярлык на великое княжение и в 1282 году при­вёл с собой ханских воинов, которые попутно грабили русские земли. Дмитрий Александ­рович укрылся в каменной крепости Копорье, построенной им двумя годами раньше на новгородской земле. Недовольные новгород­цы осадили её, и только благодаря помощи дружины князя Довмонта Дмитрию Алексан­дровичу удалось перебраться в Псков. Взяв копорскую крепость, новгородцы срыли её.

Вскоре Дмитрию Александровичу удалось вернуть великокняжескую власть. Продолжая свои происки, брат Андрей через 11 лет, в 1293 году, опять навёл на Русь ханские войска. Ве­ликий князь Дмитрий вновь укрылся в Пско­ве у дочери Марии и надёжного зятя Довмонта-Тимофея. Местный летописец, как всегда, был краток: «В лето 6801 князь великий Дмит­рий Александрович прибеже в Псков; и прияше и честно». Все эти редко рассказываемые события псковской истории показывают, что пскови­чи честно выполняли завет Александра Не­вского о помощи близким. К тому же они свидетельствуют, что уже в XIII веке Псков вёл довольно самостоятельную политику и играл заметную роль в истории древней Руси. Еще более независимую позицию он занимал в следующем веке.

Внук Александра Невского - князь Юрий (Георгий) Данилович, боровшийся с тверскими князьями за великое княжество Владимирское, по пути из Новгорода в 1322 году потерпел поражение, бежал в Псков, и «прията его псковичи с честию от всего сердца». Он был здесь при нападении ли­вонских рыцарей, а затем вернулся в Новго­род. Летописец с упрёком отметил, что при следующей осаде города немцами в марте 1323 года «князь велики Юръи и новогородци не помогоша».

В 1327 году ярлык на великокняжеский стол получил Александр Михайлович тверской - внучатый племянник Невского. Одна­ко вскоре в Твери перебили всех ордынцев, и с приближением татарского войска князю пришлось бежать. Новгородцы не решились принять его, и князь нашёл пристанище в Пскове. Ордынский хан приказал новому ве­ликому князю Ивану Даниловичу Калите (брату Юрия) найти беглеца. Послы от мно­гих русских князей явились в Псков и пы­тались уговорить Александра Михайловича поехать в Орду, но псковичи поклялись сра­жаться за него. Их не испугало ни приближение войск Ивана Калиты, ни церковное проклятие митрополита Феогноста. Чтобы избавить Псков от таких напастей, тверской князь сам уехал в Литву к Гедимину, жена­тому на его сестре, оставив на попечение псковичей свою жену с детьми. Через 18 ме­сяцев он вернулся в Псков, и «псковичи прияша его честно и посадиша его на княжение». Александр Михайлович княжил здесь до 1337 года. При нём псковичи и изборяне поставили новую каменную крепость в Изборске на Жеравьей горе, а также как счи­тают некоторые ученые, была составлена знаменитая «Псковская судная грамота».

Такое благородство и мужество пскови­чей вызывало восхищение русских истори­ков Н. М. Карамзина, С. М. Соловьева.

 

Легенды и были о первых храмах во имя Александра Невского

Святые мощи Александра Невского были обретены в 1380 году, перед Куликовской бит­вой, когда русским воинам был нужен вдохновляющий исторический пример. Его нашли в полководческих подвигах Александ­ра Невского - прадеда Дмитрия Донского. По церковным преданиям, накануне Куликовской битвы у гробницы в Рождественском монас­тыре сами собой зажглись свечи и князь Алек­сандр восстал из гроба, благословляя своего правнука. По указанию митрополита гроб от­копали, и нетленные мощи князя переложили в открытую раку.

Младший сын Александра Невского Да­ниил стал первым московским князем. При Иване Грозном, как прямом потомке Даниила Александровича в восьмом поколении, на Московском соборе 1547 года благоверный ве­ликий князь Александр Ярославович был офи­циально причислен к лику святых.

Таким образом, до середины XVI века на Руси не было и не могло быть храмов, посвя­щенных святому князю Александру Невскому.

Дореволюционный псковский краевед Фё­дор Алексеевич Ушаков предполагал, что свою первую церковь во имя святого пскови­чи поставили вскоре после прославления Александра Невского Московским собором. В «Описании к сборному плану г. Пскова» (1901 г.) он перечислил все когда-либо существовав­шие здесь древние храмы, упомянутые в ле­тописях, документах, на планах и чертежах города, и назвал под 1566 годом среди заго­родных церквей «святого Александра Невско­го Сретенский монастырь», добавив в приме­чании: «неизвестно где». При этом Ушаков явно воспользовался известным трудом мит­рополита Евгения Болховитинова «История княжества Псковского» (1831 г., ч. III), содер­жащим хронологический список упраз­днённых монастырей. В нем указан и «Сретенский Александров, женский, во Пско­ве упоминается 1566 года. Он разорён во вре­мя нападения Баториева 1581 года».

Определить местонахождение этого мона­стыря помогает пятый том «Сборника Московского архива Министерства юстиции» (Москва, 1913 г.). Он имеет подзаголовок «Псков и его пригороды» и содержит Писцо­вые книги 1585-87 годов с описанием оброчных статей и окрестных земель. В них четыре раза указаны земельные владения Сретенско­го монастыря и отмечено его местонахожде­ние: «за Великими воротами», «из Застенья, что у Великих ворот». Становится понятным, почему монастырь был разорён при наше­ствии Батория: он располагался за пределами крепостных стен, неподалёку от Великих во­рот, против которых находились основные силы нападавших и вёлся сильный артилле­рийский обстрел.

Писцовые книги не добавляют монасты­рю Сретенья Христова второго названия  «Александров». И Болховитинов называет его проще, чем Ушаков: «Сретенский Александ­ров», т. е. не связывает с именем Александра Невского. К тому же мало вероятно, что в за­городном, малоизвестном монастыре успели после 1547 года построить ещё и вторую цер­ковь, посвятив её Александру Невскому. По псковским традициям монастырь мог полу­чить второе, дополнительное название не в честь второго храма и не в честь святого, а по имени своего основателя или крупного вклад­чика. Таких обителей в Пскове было немало: Спасский Надолбин, Иоанна Златоуста Мед­ведев, Григория Богослова Путятин, Святого Духа Иглин.

Другая загадка о существовании псков­ской церкви святого Александра Невского появилась после издания известным архивистом Николаем Николаевичем Оглоблиным «Обо­зрения историко-географических материалов XVII-XVIII веков, заключающихся в книгах Разрядного приказа» (Москва, 1884 г.). Там в списке имён Сметной книги Пскова 1699 года указан дьячок храма Александра Невского. Че­рез три года эти сведения повторились в бо­лее популярной книге историка и писателя Дмитрия Ивановича Прозоровского «Новго­род и Псков по летописям, с дополнениями по другим источникам» (СПб., 1887 г.). Меж­ду тем, ни один историк древнего Пскова даже не упоминает об отдельно стоящей церкви во имя Александра Невского. Очевидно, речь идёт о дьячке, приставленном к приделу Псковского кафедрального Троицкого собора.

Именно в 1699 году псковичи закончили строить и освятили величественный двухэтаж­ный каменный Троицкий собор в Кремле. В «Историко-статистическом описании Псковс­кого кафедрального собора», составленном ин­спектором Псковской духовной семинарии А. С. Князевым (Москва, 1858 г.), отмечено, что на втором этаже имеются два придела: север­ный во имя Александра Невского и южный во имя князя Всеволода-Гавриила.

Придельный храм в память об Александ­ре Невском не случайно был устроен в Троиц­ком соборе именно тогда, при Петре Великом. Будущий император немало сделал для про­славления этого полководца древности. Воз­величивая свою новую столицу, он осенил её именем Александра Невского, разгромивше­го шведов на невских берегах. 30 августа 1724 года Пётр Первый лично перенёс святые мощи князя из Владимира в петербургский монас­тырь, ставший в 1797 году Александро-Невской лаврой.

Своего второго сына, родившегося 3 ок­тября 1691 года, он назвал Александром. К не­счастью, с сыновьями Петру I не повезло: старшего, наречённого в честь деда Алексе­ем, пришлось казнить; второй (Александр) не прожил и восьми месяцев.

12 декабря 1777 года у великого князя Пав­ла Петровича (будущего Павла I) родился стар­ший сын. С согласия императрицы Екатери­ны Великой его окрестили во имя святого кня­зя Александра Невского. В 1801 году после дворцового переворота Александр I вступил на престол. День тезоименитства императора - 23 ноября, установленный в память о погребении во Владимире его небесного покрови­теля, стал ещё популярнее и широко отмечал­ся в России. Почти в каждой семье мальчиков называли Александрами. Строились новые Александро-Невские храмы.

 

Домовая церковь при Тюремном замке

И псковичи, имевшие особые основания для почитания Александра Невского, не отста­вали в прославлении его.

Как раз в начале царствования Александра I в Пскове велась перестройка тюремного зам­ка. До этого в центре деревянного острога пе­ред караульней находилась часовня. В 1804-5 годах при постройке каменного здания тюрь­мы в нём за казённый счёт устроили и домо­вую церковь во имя святого Александра Не­вского. А при капитальном ремонте тюремно­го здания, проводившемся с сентября 1841 по октябрь 1842 года, домовую церковь разме­стили так, чтобы заключенные могли посе­щать её, не выходя из здания.

По просьбе первого церковного старосты храма Василия Афанасьева на средства, пожертвованные разными лицами, в 1868-70 годах помещение домовой церкви расшири­ли настолько, что в ней могли находиться до 160 заключённых. При этом пристроили полукруглый алтарь, позолотили иконостас, раскрасили стены, на икону святого Александра Невского сделали серебряную ризу. Тогда же епархия назначила для этой церкви само­стоятельного штатного священника, который не только вёл богослужение, но и не менее двух раз в неделю посещал арестантов «для их назидания». К тому же в коридоре, из кото­рого был вход в домовую церковь, самую боль­шую камеру отвели под школу для обучения неграмотных арестантов.

Домовой храм не имел колокольни. По­этому при надстройке в 1887-88 годах второ­го этажа над главным корпусом тюремного замка подрядчик Карл Гельдт поставил на лицевой стороне здания аккуратную звонни­цу. На ней разместили три колокола: один большой в 7 пудов 10 фунтов (116 кг) и два малых по одному пуду. Кроме домовой церкви, в 1873 году левее входа в тюремный замок на средства, пожерт­вованные псковским вице-губернатором кня­зем Александром Павловичем Урусовым, была построена небольшая полукаменная ча­совня. Такую же часовню поставили тогда и правее входа в Арестантское Исправительное отделение на Кахановском бульваре.

Ежегодно 23 ноября в тюремной домовой церкви отмечался престольный праздник. На нём иногда присутствовали епископ, вице-гу­бернатор, полицмейстер, а также благотво­рители - члены губернского попечительного комитета о тюрьмах.

Домовая церковь и братство при гимназии

При Александре I Главное народное учи­лище в Пскове 2 июня 1808 года было преобразовано в губернскую мужскую гимназию (в память об этом через сто лет по Высочай­шему повелению её стали именовать Псков­ской императора Александра I Благословенно­го гимназией). Долгое время она не имела сво­ей церкви, и гимназистов на богослужение во­дили в соседние храмы: то в церковь Георгия со Взвоза, то к Успению на Полонище.

В конце 1855 года гимназия перебралась в новое, специально для нее выстроенное трёхэтажное здание напротив Успенской цер­кви (сейчас там размещается 1-я средняя шко­ла). Однако в нём не предусмотрели особого помещения для домовой церкви, хотя в дворянском пансионе гимназии весь учебный год жили десятки гимназистов.

Через четыре года новый император Алек­сандр II во время пребывания в Пскове посе­тил гимназию. Он согласился, что ей нужна отдельная церковь. Однако епархиальное ру­ководство отказалось передать в ведение гим­назии весь Ново-Успенский храм, предложив более отдалённую церковь Иоакима и Анны. Выход нашёл учитель Закона Божия протоие­рей Григорий Иванович Тарасов, посоветовав устроить домовую церковь в обширном зале пансиона на третьем этаже. По просьбе дирек­тора гимназии Александра Николаевича Яхон­това попечитель Петербургского учебного ок­руга получил Высочайшее разрешение на от­крытие домовой церкви, впрочем, не выделив средства на её оборудование.

Незадолго до этого губернский предводи­тель дворянства барон Александр Борисович фон-Фитингоф-Шель был избран почётным попечителем гимназии. Он пожертвовал тыся­чу рублей на ремонт и оборудование зала, по­дарил два священнических облачения и цер­ковные сосуды. Выбор небесного покровите­ля для нового храма был естественным: гим­назии покровительствовали оба императора Александра, так звали директора и почётного попечителя. 6 декабря 1862 года домовую цер­ковь гимназии освятили во имя их общего ан­гела, святого благоверного великого князя Александра Невского.

8 мая 1864 года Александр II утвердил «Основные правила для учреждения церковных Братств», имевших целью заботиться о храмах и помогать нуждающимся прихожа­нам. Протоиерей Г. И. Тарасов и новый ди­ректор гимназии Авенир Федорович Веревкин решили создать такое Братство при гимнази­ческой церкви, убедившись, что немало горо­жан готовы материально поддержать это доб­рое дело. Губернатор одобрил разработанный ими устав Александро-Невского Братства, и епископ Павел 4 декабря 1869 года утвердил его. Через три дня после божественной литур­гии в церкви гимназии провели первое общее собрание членов Братства.

Эта благотворительная организация соби­рала членские взносы, получала пособие от губернского земства, епархиального духовен­ства, псковского дворянства, земского банка, страивала платные публичные лекции. Со­бранные за год 2-3 тысячи рублей распределялись между учебными заведениями города, а те помогали нуждающимся ученикам поку­пать одежду и обувь, вносить плату за обуче­ние.

Часовня при Александровской городской богадельне

19 февраля 1880 года в России широко и торжественно праздновалось 25-летие царствования императора Александра II, названного в народе за крестьянскую реформу Царём-Ос­вободителем. Готовясь отметить это событие, Псковская городская дума на заседаниях 17 ян­варя и 9 февраля 1880 года постановила пост­роить новый дом для богадельни, ютившейся в тесном, сыром помещении, впредь именовать её Александровской, увеличить число призревае­мых в богадельне с 30-ти до 45-ти, открыть при ней сиротское отделение на 10 мальчиков - круг­лых сирот городских жителей.

Пока думская комиссия выбирала подхо­дящее место для нового здания, а городской архитектор готовил несколько вариантов его проекта, 1 марта 1881 года императора злодей­ски убили народовольцы. Через 7 дней город­ская дума решила в память о погибшем монар­хе возвести при Александровской богадельне часовню во имя святого благоверного князя Александра Невского, а предполагаемое сирот­ское отделение увеличить ещё на 10 мест.

Строительство нового здания требовало значительных средств. Несколько домовладельцев предложили взамен приобрести для богадельни их дома. 14 января 1882 года го­родская дума приняла иное решение: приспо­собить под богадельню принадлежавший го­роду каменный двухэтажный дом на Ольгинской набережной (теперь на этом месте долго строится гостиница «Интурист»). Это здание в 1873 году город выкупил у вдовы чиновника Екатерины Нарбут под солдатские казармы, и оно наконец освободилось от воинского постоя.

За предусмотренные сметой на ремонт и приспособление здания 1762 рубля подрядчик не нашёлся. Работы принял на себя почётный попечитель богадельни, купец первой гильдии Василий Николаевич Хмелинский. Он присту­пил к ремонту в сентябре 1882 года, продол­жал работы и в зимнее время, сделал за свой счёт парадную лестницу с чугунными перила­ми и другие сверхсметные улучшения, выст­роил кирпичную часовню, расширив на треть ее площадь.

Для этой часовни городская управа заказала в столице иконы Александра Невского, а также таких почитаемых в Пскове святых, как княги­ня Ольга Российская и князь Всеволод-Гаври­ил. Для них в стене напротив входа сделали ниши. Освящение богадельни и часовни состо­ялось 15 августа 1883 года, в день Успения Божией Матери. «Псковский городской листок» назвал постройку нового просторного помеще­ния для Александровской городской богадель­ни с сиротским отделением и часовней светлой страницей в истории города и нашей думы.

Часовня при паровозном депо

 

Ещё одну часовню во имя Александра Не­вского построили в воспоминание об императоре Александре II при паровозном депо. Наиболее торжественное богослуже­ние проводилось там 29 августа, в канун праздника, установленного Святейшим Синодом в память о перенесении мощей из Владимира в столицу. Староста при часовне А. Шатохин обычно извещал сослуживцев и соседей о предстоящем престольном празднике через местные газеты. В этот день служили панихи­ду по императору Александру II и Александру III и молебен святому благоверному князю Александру Невскому.

Кроме того, «Псковский городской лис­ток» в хроникёрской заметке от 21 марта 1899 года под названием «Успешное дело» сооб­щил, что 30 августа прошлого года по инициативе настоятельницы Псковского Иоанно-Предтеченского монастыря игуменьи Ювеналии на железнодорожной станции Псков в изящном дубовом киоте высотой 537 см и шириной 195 см поставлена двойная икона Иоанна Предтечи и Александра Невского. При ней находились две монахини, продающие свечи, а накануне воскресных и праздничных дней совершались всенощные бдения. Газета так внимательно следила за нововведениями, что позднее сообщила о их временном пре­кращении с лета до 6 декабря 1899 года. «Псковская жизнь» 10 сентября 1909 года и «Псковские епархиальные ведомости» в № 8 за 1913 год уточняли, что киот с иконой нахо­дится в зале III класса вокзала. А в Отчёте Кирилло-Мефодиевского братства за 1913 год добавлялось, что перед этой иконой священ­ники Поспелов и Шамардин совершали мо­литвенные богослужения с чтением акафис­тов и с беседами религиозно-нравственного и миссионерского характера.

Воинский храм Омского полка

В октябре 1892 года 24-ю пехотную ди­визию перевели из Финляндии в Петербургский военный округ. Штаб дивизии снял квар­тиру в Пскове на углу Архангельской и Петро­павловской улиц. 93-й Иркутский полк занял построенные полвека назад казармы на Кахановском бульваре Пскова, освобожденные 146-м Царицынским полком. Для приёма 94-го Енисейского полка Псковская городс­кая дума заранее возвела каменное трёхэтаж­ное здание на Запсковьи у Гремячей горы, а деревянные ротные казармы город поставил в начале Выползовой слободы и уездное зем­ство - на Завеличьи в конце Конной улицы. 24-ю артиллерийскую бригаду разместили в Луге, 95-й Красноярский полк перебрался в Прибалтику, а 96-й Омский полк - в село Мед­ведь Новгородской губернии, где были казар­мы аракчеевских военных поселений.

Такая разбросанность дивизии затрудня­ла работу штаба, и через год решили перевести Омский полк в Псковскую губернию, по­строив на казенные средства деревянные по­мещения для штаба, двух батальонов и офи­церских квартир в г. Острове. Но Псковская городская дума на экстренном заседании строительства в Псков, ссылаясь на то, что по желанию военного ведомства город за свой счёт построил казармы для Енисейского пол­ка, войдя в ещё не оплаченные долги и зало­жив всё городское имущество, а также несёт расходы по отоплению и освещению казарм. Поэтому справедливее выделенные из казны 400 тыс. рублей на закупку строительных ма­териалов, оплату работ потратить в Пскове, то есть размещать полк здесь. Приток войск вы­годен для горожан, становится больше поку­пателей, заказчиков. Город безвозмездно пред­ложил и участок земли за речкой Мирожкой.

Поездка в столицу депутации городской думы увенчалась успехом. Строительные ра­боты в Пскове начались в марте 1894 года, и уже в июне следующего года два батальона Омского полка пешим строем пришли в Псков.

Сразу встал вопрос о воинском храме. Епархия выделила для полка старинную каменную церковь святого Климента, папы Рим­ского, находившуюся неподалёку, на левом бе­регу Великой. Но она была тёмной, холодной, маловместительной. К февралю 1898 года для богослужения дополнительно приспособили часть большой солдатской столовой.

Положение ещё более обострилось, когда в 1902-1904 годах построили трехэтажные ка­зармы и двухэтажные офицерские флигели, после чего в Псков перебрались остальные два батальона Омского полка. Понимая это, в фев­рале 1904 года главнокомандующий войска­ми гвардии и Петербургского военного окру­га великий князь Владимир Александрович обратился в военное министерство с предложением построить для Омского полка свою отдельную церковь. Поскольку до кон­ца 1904 года предполагалось вести строитель­ство казарм, император распорядился «стро­ить церковь в 1905 г.».

На строительство храма в этом году вы­делили 44 тысячи рублей, однако Псковский хозяйственно-строительный комитет по стройке церкви в Омском полку начал практическую работу лишь в 1906 году. На 7 января он через газеты пригласил «желающих впос­ледствии торговаться на постройку камен­ной церкви в Омском полку... для заявления сво­их цен на материалы и рабочих». Во втором таком приглашении - на 6 апреля - рас­шифровывался основной объём и особенно­сти работы: кладка 389 тысяч штук кирпича, церковь снаружи не оштукатуривается, но пре­дусмотрено ее украшение из тёсаного кир­пича, фундамент из бутовой плиты на извест­ковом растворе. Назначая торги на 10 октяб­ря, указали, сколько конкретно потребуется строительных материалов (в том числе 259 тысяч штук простого кирпича и 130 тысяч об­лицовочного).

Основой для строительства стал образцо­вый проект полковой церкви, «вместитель­ной и недорогой», составленный в 1901 году гражданским инженером Фёдором Михайловичем Вержбицким и уже опробованный при сооружении в Луге храма Покрова Богороди­цы для артиллерийского полка.

К строительным работам приступили в апреле 1907 года, а торжество закладки церкви состоялось 11 июня. В первый год ее успе­ли возвести вчерне. Газета «Псковский голос» 25 июля 1908 года упомянула фамилию под­рядчика С. Гусева, который ведёт споры с вой­сковой комиссией. Строительная комиссия по­заботилась и о внутреннем убранстве храма.

Резной иконостас из орехового дерева за­полнили копиями икон Александра Невского, Ольги Российской, князя Владимира и других святых, написанных знаменитым художником В. М. Васнецовым для Владимирского собо­ра в Киеве, внутренние стены украсили дру­гие картины на религиозные темы.

В субботу 4 октября 1908 года в 9 часов утра архиепископ Псковский и Порховский Арсений (Авксентий Георгиевич Стадницкий) приступил к освящению храма Омского пол­ка во имя святого благоверного великого кня­зя Александра Невского. В заключительном слове он объяснил молящимся «религиозно-нравственное значение храмов для воинов», а полковой священник Евлампий Иванович Щёкин произнёс поучение. Стройно пел архи­ерейский хор. Торжество освящения закончи­лось завтраком для приглашённых в офицер­ском собрании полка.

Газетная заметка «Псковского набата» за 22 апреля 1924 года ярко рисует судьбу храма пос­ле революции. Всё сразу говорит подзаголовок: «Была церковь - теперь клуб». Рисунки, сопро­вождавшие газетную статью, показывают, что к тому времени сломали стройную шатровую ко­локольню храма, убрали кресты с церковной гла­вы и с небольших столбиков на краю крыши. Внутри ничто не напоминало о былом: вместо иконостаса в алтаре соорудили сцену, развеси­ли плакаты, лозунги и портреты вождей, в том числе над выходом - народного комиссара по военным и морским делам Льва Троцкого.

Окрестные жители долго не могли при­выкнуть, что в бывшей церкви находится «революционный красноармейский театр». Под­ходя к зданию, они по привычке снимали шап­ки, крестились и шептали: «Спаси, Господи, и помилуй!».

Часовня на братской могиле Мироносицкого кладбища

На основании решений Псковской город­ской думы от 11 сентября 1896 года и 10 июня 1897 года на Завеличьи к Мироносицкому кладбищу прирезали две десятины земли. По­ловину из них отдали для захоронения умер­ших в губернской земской больнице, а даль­нюю, северную часть - под военное кладби­ще. На нём хоронили скончавшихся в частях гарнизона и в кадетском корпусе.

По указу Святейшего Синода от 8 - 25 октября 1914 года для увековечивания памяти воинов, погибших в войну с Германией и Ав­стро-Венгрией, предлагалось устанавливать памятники и мемориальные доски, строить церкви и часовни, а умерших в госпиталях хо­ронить в одном месте, создавая братские клад­бища. В Пскове разместили много госпиталей. 18 ноября 1914 года городская дума решила устроить такое братское захоронение при Мироносицком военном кладбище, с тем чтобы при нём были памятник, часовня и регистра­ция умерших.

По сообщению «Псковских епархиальных ведомостей», 24 июня 1915 года епископ Евсевий (Евстафий Гроздов, служивший в Пско­ве с мая 1912 года) «прибыл на кладбище при Мироносицкой церкви и проследовал в Александро-Невскую церковь на военном кладбище. После осмотра храма, святого престола и принадлежностей его Владыка проследовал к месту погребения воинов, по­чивших в местных госпиталях от ран, полученных ими в настоящую великую отече­ственную войну. Здесь среди могил Архипастырь вознес свои молитвы об упокоении ге­роев-воинов. После этого Владыка изволил осмотреть прирезанный с западной стороны к Мироносицкому кладбищу Псковскою город­скою думою участок земли для погребения воинов, почивших в настоящую войну».

Через две недели, 8 июля, в день Казан­ской иконы Божией Матери по предложению Святейшего Синода по всей России проводи­лись «всенародные моления о даровании победы над врагами Отечества». В Пскове пос­ле окончания литургии народ из всех церквей с духовенством и властями крестным ходом собрался у Троицкой церкви, а оттуда во гла­ве с епископом и великой княгиней Марией Павловной общим крестным ходом вышел на Торговую площадь. Там в присутствии 15 ты­сяч человек состоялось торжественное мо­лебствие. Затем крестный ход «направился на Завеличье на военно-гарнизонное кладбище, где Архипастырем и духовенством среди мо­гил героев-страдальцев воинов, павших в на­стоящую великую отечественную войну, с поименным их поминовением была совершена ве­ликая панихида».

После этого «Владыка совершил освяще­ние вновь прирезанного городскою думою к Мироносицкому кладбищу участка земли, предназначенного для погребения героев-воинов». «Псковская жизнь» в хроникёрской за­метке отметила, что там уже было 260 могил.

Через год вновь заговорили о необходи­мости расширения Братского кладбища, так как там уже покоилось 800 россиян и 27 плен­ных. Сюда иногда привозили и тела убитых на фронте, родные которых жили в городе. Во­прос рассматривался на заседании городской думы 18 августа 1916 года.

Остаётся добавить, что грустным воспо­минанием об этой часовне на Мироносицком кладбище остался лежать её отброшенный взрывом бетонный купол.

Таким образом, в дореволюционные годы псковичи много сделали для прославления глубоко чтимого ими князя Александра Не­вского.

И за последние десятилетия в память о замечательном полководце древней Руси названы улица, переулок и мост через реку Великую, поставлен величественный памят­ник на горе Соколихе, проводятся праздни­ки в его честь, восстановлен и стал действу­ющим бывший храм Омского полка, при нём устроена православная духовная библиотека. Всё это требует ещё одного, самостоятельно­го и не менее обстоятельного повествования.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Сего Дня

23 октября 1814 года

23 октября 1814 года

Витгенштейн собирает средства на строительство храма в Псково-Печерском монастыре. Граф П. Х. Витген...

Псковские факты

Архитектор Петр Семенович Бутенко

Архитектор Петр Семенович Бутенко

17 октября 2019 года исполняется 102 года со дня рождения заслуженного архитектора Российской Ф...

Выставки

Выставка книг и статей Натана Феликсовича Левина

Выставка книг и статей Натана Феликсовича Левина

27 октября 2019 года исполняется 91 год со дня рождения Натана Феликсовича Левина – краеве...

Районы ^ Уезды

Чудо озера Белогули

Чудо озера Белогули

На границе Пушкиногорского и Новоржевского района, в пяти километрах от Михайловского, находится озе...

Контакты

Адрес: 180000, Псков, ул. Профсоюзная, д. 2

Тел.: + 7(8112) 72-08-01

Эл.почта: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Сайт: http://www.pskovlib.ru