Одним из наиболее впечатляющих примеров того, какую власть могут иметь над людьми ситуация и социальные роли, является эксперимент по имитации тюрьмы, проведенный Ф. Зимбардо и его коллегами. В этой работе исследователи полностью воссоздали обстановку тюрьмы – как материальную, так и психологическую – и наблюдали за поведением людей, которые находились там почти неделю. Хотя участники эксперимента сначала воспринимали происходящее «понарошку», они вскоре погрузились в мощную ролевую реальность этой социальной среды. С группой обычных, здоровых и разумных индивидов произошла метаморфоза, превратившая их в жалких заключенных и надзирателей, развращенных патологическим влиянием власти. Эти силы были столь мощными, что эксперимент пришлось прекратить раньше запланированного срока (6 дней вместо 14).
Хотя исследование было оплачено военно-морским флотом США для того, чтобы объяснить конфликты в его исправительных учреждениях и в морской пехоте, представленные результаты могут быть интересны и для рассмотрения проблемы узников концлагерей.
Этот эксперимент хорошо известен и вошел во многие учебники социальной психологии (см. например, Майерс (1999) и др.). О том, как сам автор представляет это исследование и его результаты – в издании «Практикум по социальной психологии», подготовленном Э. Пайнс, К. Маслач. Заметим, именно Кристина Маслач обратила внимание исследователей, что эксперимент вышел из-под контроля, и настояла на его досрочном завершении. Это исследование стало основой для нескольких художественных фильмов.
Как заметил автор, «кажется разумным заключить, что в поединке между хорошими людьми и порочной ситуацией победила ситуация. Индивиды, тщательно подобранные по критериям нормальности, здравомыслия и однородности их личностных черт, через несколько дней стали действовать таким образом, что вне данного контекста их поведение было бы сочтено аномальным, безумным, невротическим, психопатическим и садистским».
В тюрьме сложилась угрожающе патологическая обстановка: со стороны надзирателей это проявлялось в жестокости и злоупотреблениях властью, со стороны заключенных – в стойких проявлениях приобретенной в тюрьме беспомощности. Постепенно заключенные становились все пассивнее, редко проявляли инициативу, в лучшем случае только реагировали на требования надзирателей. У заключенных наблюдалась заметная тенденция к возрастанию негативизма, депрессии и склонности причинять вред другим людям. Все заключенные испытывали сильные душевные страдания (половину вывели из эксперимента досрочно).
Почти все, о чем разговаривали заключенные (90%), было непосредственно связано с тюремными условиями, пищей, правами, наказаниями, тревогами и жалобами. Таким образом, даже когда заключенные были одни и не участвовали в унизительных столкновениях с надзирателями, они тем не менее сохраняли иллюзию тюремного заключения, разговаривая о нем, а не о своей прошлой или будущей жизни.
Уровень вербальной и физической агрессии надзирателей постоянно повышался. Примерно одна треть надзирателей систематически проявляли агрессивность и настолько деградировали, что их поведение можно было назвать садистским.
Как отмечает автор, эта тюрьма стала не только источником страданий, но и источником новых знаний. После изучения собранных данных: просмотра видеозаписей, прослушивания аудиозаписей, анализа интервью, дневников, анкет и записей наблюдений – были сделаны выводы, которые имеют отношение к темам власти, времени, обезличенности и к правилам...
Власть
В имитированной тюрьме власть была главным фактором, от которого зависели все и вся. Постепенно власть начали использовать не для достижения какой-нибудь конкретной цели, а в качестве политической декларации о необходимости признания и принятия существующего положения пещей
Время
Из-за бесконечной рутины и однообразной повседневной деятельности начинает казаться, что время идет по кругу. Не имеет значения, кто ты, кем ты был и даже кем ты станешь. Главное – это насколько ты защищен и какой властью обладаешь сейчас. В атмосфере, где первостепенное значение приобретает выживание, будущее становится непозволительной роскошью. Точно так же опасно слишком часто возвращаться мыслями в прошлое – если оно вызывает ностальгию, то вы не захотите возвращаться в уродливое настоящее или потеряете бдительность и окажетесь неподготовленными к нападкам, которые возможны в любой момент... Итак, внимание постоянно фиксировано на настоящем, из-за чего люди теряют жизненную перспективу: чрезмерно остро реагируют на незначительные стимулы, не умеют планировать важные события даже после освобождения.
Обезличенность
Условия, которые снижают чувство собственной уникальности человека и лишают его индивидуальности, порождают антисоциальное поведение, например агрессию, вандализм, воровство, мошенничество, грубость, а также равнодушие к другим людям... И наоборот, просоциальному поведению способствуют такие факторы среды или межличностные условия, которые усиливают у человека чувство социального признания и самоидентичности. В ответ на ощущение, что тебя никто не знает и знать не хочет, возникает нежелание замечать других людей или заботиться о них.
В тюрьмах предусмотрены специальные меры для достижения максимума обезличенности:
- форменная одежда, по которой можно отличить заключенных от надзирателей;
- фамилии заменены номерами;
- бритье голов у новых заключенных;
- стандартная пища в стандартной посуде, которую едят в установленное время;
- ограничение количества личных вещей и деталей личного характера в камере (прибавим к этому неожиданные обыски заключенных и их камер).
Поскольку в этом мире заключенному почти ничего не принадлежит, то защита всего «своего» становится жизненной потребностью.
В тюрьме сведена к минимуму возможность уединиться: заключенный всегда на виду. Им приходится психологически обособляться, создавать себе личную жизнь в мечтах или фантазиях, чтобы уединиться в толпе или быть невидимыми.
Минимум сенсорной информации приводит к притуплению чувств.
Наиболее деструктивный фактор тюремной дегуманизации – лишение человека свободы выбора. Люди пассивно обрабатывают поступающую из внешней среды информацию, постепенно теряют способность к самоуправлению, а также способность изменять последствия воздействия враждебных внешних сил. Систематически лишая узников возможности даже самого мелкого выбора, тюрьма опошляет и делает бессмысленной их жизнь.
Правила
«Если вы будете выполнять все эти правила, то мы с вами отлично поладим». Если же не будете, то в последнем правиле всегда сказан как вы будете наказаны.
Обратим внимание на последствия подчинения правилам и их нарушения. Поскольку правила – это формулировки, описывающие ожидаемое поведение или нормы стандартного поведения, подчиняясь правилам, человек просто делает то, что от него ожидают, - и его поведение остается незамеченным. Таким образом, складывается парадоксальная ситуация – чем больше существует правил, определяющих поведение, и чем точнее человек выполняет все правила, тем реже случаи, когда он получает положительное подкрепление.
Поскольку от людей ожидают соблюдения правил, то оно не вознаграждается. Однако нарушение правил всегда бывает замечено и сопровождается наказанием. На самом деле единственный надежный способ проверить строгость контроля за соблюдением правил в новой ситуации – это нарушить правило и посмотреть, последует ли за этим наказание.
Правила с удивительным коварством настолько глубоко укореняются в нашем социальном программировании, что в течение всей жизни продолжают влиять на наше поведение в ситуациях, которые лишь отдаленно напоминают исходную. В некоторых случаях соблюдение правила может даже оказаться контрпродуктивным или антисоциальным, потому что внимание будет приковано к тем аспектам ситуации, которые связаны с соблюдением правила, а принципиальный характер ситуации будет недопонят.
Один из испытуемых – заключенный N 416 – устроил бунт, заметим, что его сокамерники не поддержали. Впоследствии этот человек стал тюремным психологом. Эксперимент был закончен раньше времени благодаря вмешательству невесты доктора Зимбардо – Кристине Маслач (недавней выпускницы Стенфорда, преподавателя) – она зашла посмотреть на эти «чудеса»:
«Некоторое время спустя, по дороге из университета Фил спросил меня, что я думаю обо всём этом. Он ожидал, что я произнесу какую-то восторженную высоконаучную тираду, однако вместо этого я разревелась (хотя обычно я очень сдержанный человек) и сказала: "То, что вы делаете с этими ребятами – это ужасно и бесчеловечно!"… Вспоминая, спустя годы, об этом дне, я часто спрашивала себя – почему моя реакция была не такая, как у всех. Я думаю, причин тому было две: во-первых, я была совершенно посторонним человеком. Для меня просто не было никакой "роли", и у меня не было никакой личной заинтересованности в результатах этого эксперимента. Спрашивая себя – а смогла ли я поступить так же, если бы я была не молодым профессором, а студенткой, и мое будущее зависело бы от рекомендации д-ра Зимбардо? Смогла ли бы я так поступить, если бы это был "мой" эксперимент? Мне хотелось бы думать, что – смогла бы, но, честно сказать – я не знаю. И второе – я не присутствовала там постоянно, я не имела, не чувствовала, как день за днем ситуация накаляется, я не привыкала к ней. Поэтому для них всё было вроде как по старому, все было "как всегда", всё было нормально, я же сразу увидела и поняла – дурдом. Кроме того, чтобы я стала делать, если бы Фил меня не послушал?».
Итак, мы видим, что в жестко и жестоко структурированном мире, в котором все определено: пространство, время, правила – непросто было сохранить жизнь и человеческое достоинство. Но есть люди, которые могут и смеют идти против течения. В годы войны они активно, сознательно и целеустремленно боролись за жизнь и свободу: местные жители как могли помогали военнопленным и партизанам, партизаны и подпольщики делали все, чтобы предотвратить массовый угон людей в рабство, сами военнопленные и узники лагерей искали возможность бежать, а некоторые из них становились участниками движения Сопротивления на Западе.
***
Бениш, Г. Что делает из людей преступников? / Г. Бениш, Р. Лейк, К. Вигрефе // ГЕО / GEO. - 2009. - N 5. - С. 110-124. - фото.
Зимбардо, Ф. Стэнфордский тюремный эксперимент [Электронный ресурс] // Psychology OnLine.Net, 1999-2013. – Режим доступа: http://www.psychology-online.net/.
Зимбардо, Ф. Эффект Люцифера : [фрагмент книги] // Esquire. – 2013. – 22 февр. / Фэшн Пресс, 2005-2013. – Режим доступа: http://esquire.ru/.
Зимбардо, Ф. Зимбардо об эксперименте в тюрьме [Видео]. – Режим доступа: http://www.youtube.com/watch?v=FyYVXxJKmPA.
Майерс, Д. Социальная психология : пер. с англ. - СПб. : Питер, 1999. - 684 с. : ил. - (Мастера психологии). - Глоссарий: с. 673-682.
Пайнс, Э. Практикум по социальной психологии / Э. Пайнс, К. Маслач. - 4-е междунар. изд. - Санкт-Петербург [и др.] : Питер, 2000. - 522 с. : ил. - (Практикум по психологии). - Библиогр. в конце гл.
Стэнфордский тюремный эксперимент / Ф. Д. Зимбардо. – С. 296-320.
Stanford Prison Experiment / Philip G. Zimbardo, 1999-2013. – Режим доступа: http://www.prisonexp.org/.
Philip G. Zimbardo: Professor Emeritus of Psychology, Stanford University [Электронный ресурс] . – Режим доступа: http://www.zimbardo.com/.
