О чем грустит осенний лес?

Может быть, о весенних песенках зяблика, звонких, задорных, с «росчерком» в конце рулады?

Или о ландышах, цветки, которого похожи на белые бубенчики? От них становилось светлее и в без того светлом березовом подлеске.

Елена Киселёва

О чем грустит осенний лес?

Может быть, о весенних песенках зяблика, звонких, задорных, с «росчерком» в конце рулады?

Или о ландышах, цветки, которого похожи на белые бубенчики? От них становилось светлее и в без того светлом березовом подлеске.

А может о длинноногой, русоволосой девушке? Она собирала цветы и что-то напевала тихонько, и только лесная тропа да ветер слышали ее песню.

Или о тонкой калине, которая весной, как хлопьями снега, была покрыта солнечно-белыми соцветиями, а в конце лета зарделась глянцеватыми ягодами, сочными, но горьковатыми на вкус?

А может, лес грустит о раскатистом «ау» в грибную пору, о похожих на Ваньку-встаньку боровиках, о сыроежках в разноцветных платочка?

Если бы  лес знал, что все это снова вернется к нему, он, наверное, не стал бы так печально шуметь.

Елена Киселёва (из сборника "Маленькие рассказы")